Характеристика личности насильственного преступника

Криминологическая характеристика личности насильственных преступников и хулиганов | Студент-Сервис

Характеристика личности насильственного преступника

Криминологическая характеристика личности насильственных преступников и хулиганов складывается из трех основных блоков:

1) социально-демографических параметров;

2) поведенческих (до совершения последнего преступления) характеристик;

3) так называемых субъективно-ситуационных признаков.

Социально-демографическое описание личности начинается с таких ключевых позиций, как пол и возраст. Как и среди всех преступников, среди субъектов насильственных (речь идет в первую очередь о тяжких насильственных) преступлений главным образом встречаются лица мужского пола.

В 1992 г. на их долю приходилось 89% субъектов убийств и 91% субъектов тяжких телесных повреждений. Эти цифры несколько ниже данных 1991 г., что объясняется ростом числа преступниц-женщин.

Тяжкие насильственные преступления носят по преимуществу бытовой характер. Именно поэтому в них чаще участвуют лица более старших возрастов. Так, если доля лиц в возрасте 30 лет и старше среди всех преступников равняется 46% (по данным 1992г.), то среди субъектов преступлений, предусмотренных ст. 102, 103, 108 УК РФ, их относительное число примерно в полтора раза выше (64-67%).

Преобладание более старших возрастов становится еще заметнее при обращении к данным об участии в насильственных преступлениях несовершеннолетних – примерно в четыре раза реже, чем в других случаях.

Если среди всех преступников их доля составляет 16%, то среди убийц и субъектов причинения тяжких телесных повреждений – 4%. Совпадение возрастных структур этих двух категорий преступников является еще одним наглядным подтверждением криминологического единства убийств и тяжких телесных повреждений.

По каждому из этих видов преступлений наибольшей криминогенностью отличаются лица в возрасте 25-29 лет. На каждый год в этом возрастном интервале приходится в среднем 3% преступников, в то время как по таким возрастным группам, как 14-17, 18-24, 30 лет и старше, соответственно 1, 2 и примерно 2%.

Если говорить о возрастной динамике, то следует отметить некоторое возрастание доли преступников старших возрастных групп. Так, за 1982-1992 гг. доля лиц в возрасте 30 лет и старше, причинивших тяжкие телесные повреждения, увеличилась с 53 до 67%. В этот же период по всей преступности доля лиц указанных возрастов колебалась в пределах 42-52%.

Определенные изменения связаны и с образовательным уровнем субъектов тяжких насильственных преступлений, в первую очередь убийц. В течение 80-х годов доля убийц с высшим и среднем специальным образованием была примерно в полтора раза ниже соответствующего показателя среди всех преступников (1982г.: все преступники – 11%, убийцы – 7%; 1989г.: все преступники – 16%, убийцы – 11%).

В 1992г. эти показатели почти сравниваются: все преступники – 15%, убийцы – 14%. Отмеченное сближение говорит об усилении процессов интеллектуализации современных убийств, что коррелирует с такими фактами, как рост числа подготовленных, спланированных посягательств против жизни.

Что касается тяжких телесных повреждений, то здесь упомянутые процессы представлены в меньшей степени: в 1992г. доля субъектов этих преступлений, имевших высшее и среднее специальное образование, составляла 11% (хотя по сравнению с 1982г. этот процент увеличился почти в два раза). Основная масса насильственных преступников – лица со средним и неполным средним образованием.

Если учесть, что в последнее время идет заметный рост преступности (в том числе и насильственной), то можно констатировать все больший разрыв между криминологической ценностью таких понятий, как образовательный и культурный уровни.

Образование в том виде, в каком оно сложилось на сегодняшний день, еще в меньшей степени, чем в прежние годы, связано с культурным уровнем личности, с состоянием ее нравственно-правового сознания.

Важным элементом социально-демографического портрета личности является такая позиция, как социальное положение.

Взятое в узком смысле, оно указывает на виды занятости личности, прежде всего в плане ее участия (или неучастия) в основных сферах общественного производства.

Говоря о социальном положении личности, мы, следовательно, выходим и на уровень определенной оценки ее социальной активности.

В этом ключе представляют интерес сведения о лицах, уклоняющихся от общественно полезного труда. Незанятость в сфере общественного производства (если, конечно, речь не идет об инвалидах, пенсионерах, домохозяйках, учащихся и т. п.) свидетельствует о склонности к ведению паразитического образа жизни, выводит нас на такое антиобщественное явление, как тунеядство.

Доля тунеядствующего элемента среди насильственных преступников характеризуется явной тенденцией к росту. Достаточно остановиться на нескольких цифрах. В 1982г. среди всех преступников доля неработающих составляла 21%, среди убийц – 17%.

Не нашли что искали?

Преподаватели спешат на помощь

В 1991 г. относительно всех преступников доля неработающих сократилась до 19%, а по убийцам достигла 26%. Заметный прирост числа этих лиц зафиксирован в 1992 г. Он в два с половиной раза выше прироста числа всех убийц. Доля неработающих убийц выросла до 31%. В менее выраженном виде названная тенденция отмечалась и в отношении лиц, совершивших иные тяжкие насильственные преступления.

Рост удельного веса неработающих насильственных преступников отразился на некотором сокращении долей представителей иных социальных групп.

Главное место среди этих групп принадлежало и принадлежит такой социальной группе, как рабочие. В 1982г. они составляли среди всех убийц 60%, в 1992 г. – 46%, среди субъектов причинения тяжких телесных повреждений соответственно 66 и 53%. В этих цифрах отражается, в первую очередь, преобладание рабочих во всем населении.

Оценивая данные об участии представителей рассматриваемой социальной группы в совершении преступлений, необходимо иметь в виду, что повышенная криминальная активность свойственна далеко не всем рабочим, а главным образом той части, которая занята тяжелым ручным, неквалифицированным, непристижным, монотонным видами труда.

В настоящее время доли преступников-рабочих среди убийц и среди всех преступников почти равны. То же самое можно сказать и о представителях третьей по величине (удельному весу среди субъектов тяжких насильственных преступлений) социальной группы – колхозниках.

Своеобразие личности насильственных преступников более наглядно проявляется на примере других социальных групп, в частности служащих.

Доля служащих среди субъектов тяжких преступлений против личности в несколько раз ниже, чем среди всех преступников. В последнем случае (по данным 1992г.

) один служащий приходится на 19 преступников, по убийцам такое соотношение составляет 1 : 40, по субъектам причинения тяжких телесных повреждений 1 : 56.

Если говорить о такой социально-демографической характеристике насильственных преступников, как их семейное положение, то в первую очередь, следует отметить, что среди совершеннолетних преступников примерно половина – лица, состоящие в зарегистрированном браке, 1/3 – холостые.

Остальные преступники – это либо сожители, либо лица, находящиеся в разводе. Несмотря на относительно невысокий удельный вес последних двух групп, они представляют повышенный интерес, поскольку характеризуются ярко выраженной криминогенностью.

Предварительные расчеты дают основание полагать, что криминогенность сожителей не менее чем в 5-6 раз превышает криминогенность лиц, находящихся в зарегистрированном браке.

По мере роста общего числа распавшихся семей, ослабления борьбы с пьянством и тунеядством эта тенденция будет проявляться во все более широких масштабах.

Важный срез характеристики личности – сведения о ее поведении до совершении последнего преступления. На первое место здесь может быть поставлена информация о факте совершения ранее данным лицом преступления (преступлений).

Показатели рецидива по тяжким насильственным преступлениям устойчиво держатся на более высоком уровне, чем в целом по преступности. Эти показатели указывают и на негативные изменения. Так, если среди всех преступников доля рецидивистов в 1982 и 1992 гг. составила 27 и 23%, то среди убийц – соответственно 41 и 42%.

Опасность рецидивной преступности насильственного плана становится тем более очевидной, если принять во внимание то обстоятельство, что среди субъектов насильственных преступлений-рецидивистов высок удельный вес лиц, ранее отбывавших наказание в местах лишения свободы. По преступлениям, предусмотренным ст. 102, 103, 108 УК РФ (если говорить о рецидивистах), он составляет более 66-67%, что в 13 раз выше соответствующего показателя по всей (независимо от видов преступлений) совокупности рецидивистов.

Среди интересующих нас категорий рецидивистов примерно каждый пятый совершает последнее преступление в течение года после выхода из места лишения свободы. В целом по рецидивистам этот показатель выше.

Отсюда можно сделать вывод, в соответствии с которым для совершения тяжкого насильственного преступления необходимо более длительное время, в течение которого сложились бы достаточные объективные условия для возникновения криминальной ситуации. В этом лишний раз проявляется зависимость причин насильственных преступлений от противоречий и трудностей, характерных для современного состояния важнейшей сферы межличностного общения – сферы бытовых отношений.

Поведенческая характеристика личности насильственного преступника не связана лишь рамками сведений о его преступном прошлом. Во-первых, более половины этих преступников не являются рецидивистами. Во-вторых, их прошлое негативное поведение может выражаться не только в форме уголовно наказуемых деяний.

Среди рецидивистов и нерецидивистов нередко встречаются лица, привлекавшиеся к административной ответственности за мелкое хулиганство, распитие спиртных напитков в неположенном месте, появление в общественных местах в нетрезвом состоянии и т. п.

К ним также могли быть применены меры общественного или дисциплинарного воздействия. Немаловажное значение для определения характера прошлого поведения преступника играют и другие данные, имеющиеся в материалах уголовного дела.

Суммируя все эти сведения, криминологи установили, что среди тяжких насильственных преступников не менее 2/3 лиц совершали в прошлом антиобщественные поступки, находились нередко в длительных неприязненных отношениях с другими лицами, способствовали возникновению разного рода конфликтных ситуаций.

Отмеченные моменты в первую очередь типичны для поведения лиц, злоупотребляющих спиртными напитками. Именно эта категория лиц преобладает среди субъектов тяжких насильственных преступлений. Примерно каждый второй насильственный преступник является либо хроническим алкоголиком, либо привычным пьяницей.

Источник: https://student-servis.ru/spravochnik/kriminologicheskaya-harakteristika-lichnosti-nasilstvennyh-prestupnikov-i-huliganov/

Личность насильственного преступника

Характеристика личности насильственного преступника

Хотя общие характеристики личности преступника относятся и к насильственным преступникам, их личность имеет свои особенности. Так, преступления, связанные с насилием, реже совершаются женщинами: мужчин среди насильственных преступников около 90%.

Женщины обычно прибегают к насилию на бытовой почве, особенно в связи с аморальным и противоправным поведением жертвы — как правило, супруга или сожителя. Возраст насильственного преступника, как правило, достаточно молодой — до 40 лет.

При этом преступления, связанные с лишением жертвы жизни и причинением вреда здоровью чаще совершаются лицами в возрасте 25—29 лет, а изнасилования — лицами моложе 25 лет.

Образовательный и социальный уровень насильственных преступников ниже, чем у остальных категорий преступников и населения в целом. Как правило, эти лица имеют относительно невысокую квалификацию, работают на малооплачиваемой работе или вообще не работают.

Среди насильственных преступников много рецидивистов, в том числе ранее совершавших менее тяжкие преступления против личности и общественного порядка. Кроме того, зачастую у лиц, совершающих насильственные преступления, «за плечами» имеется большой багаж аморальных поступков и правонарушений: систематическое злоупотребление спиртными напитками, хулиганство и т. д.

Насильственным преступникам свойственны нарушения социальной идентификации и адаптации, десоциализированность. Они слабо воспринимают навязываемые обществом нормы поведения, вместо этого оценивая ситуацию исходя из личных представлений и желаний.

Наблюдается также примитивность потребностей, эгоцентризм и импульсивное стремление к реализации желаний и потребностей, не сдерживаемое механизмами самоконтроля. Нарушения социализации проявляются и в трудностях в установлении контакта с другими людьми, которые в результате этого воспринимаются как чуждые и враждебные вне зависимости от их намерений.

Для таких лиц свойственны психологические механизмы самозащиты: они считают, что поступки, в совершении которых они обвиняются, спровоцированы жертвами, а сами они действовали верно и не должны нести за это ответственность.

Выраженность подобных отклонений может быть разной, в результате чего выделяются лица с устойчивой агрессивно-насильственной ориентацией личности, ситуативные преступники, в целом ведущие себя положительно или нейтрально и совершающие преступление под воздействием внешних обстоятельства, а также промежуточный тип, стоящий на грани социально приемлемого.

Среди насильственных преступников много психопатов (по разным оценкам от 30 до 60%) и лиц с пограничными психическими расстройствами. В числе наиболее криминогенных аномалий психики называют прежде всего алкоголизм, а затем различные расстройства личности: диссоциальное, импульсивное, эмоционально-неустойчивые, параноидные, истероидные, шизоидные.

Психиатр О. Г.

Виленский выделяет среди прочих расстройств шизоидное, для которого он считает типичным патологическую гомицидоманию — стремление к убийству, которое «вытекает у этих людей не из бредовых идей или галлюцинаций, а существует само по себе, побуждая искать всё новые жертвы». Он пишет, что достаточно часто именно это расстройство объясняет совершение многих жестоких и безмотивных убийств, в том числе серийных исексуальных.

Вопрос №60

1. Российские криминологи в качестве причин и условий (криминогенных детерминант) умышленных убийств, причинения тяжкого вреда здоровью и хулиганства рассматривают:

  • утрату личной перспективы, неблагоприятные материальные и жилищные условия, провоцирующие на агрессивные действия;
  • повышенную распространенность среди отдельных групп населения представления о допустимости насильственных действий, стереотипов агрессивно-насильственного поведения в конфликтных ситуациях;
  • влияние преступной среды;
  • виктимное (легкомысленное, безнравственное, противоправное) поведение потерпевших, послужившее поводом для преступления;
  • провоцирующие взаимоотношения в семье, с соседями, сослуживцами;
  • несвоевременное выявление правоохранительными органами криминогенных семейно-бытовых ситуаций, неудовлетворительное реагирование на такие конфликты;
  • нереагирование на предшествующие насильственным преступлениям угрозы расправой в отношении потерпевшего и других лиц, побоев, нанесения телесных повреждений, истязаний, хулиганских поступков;
  • недостатки в деятельности правоохранительных органов по борьбе с криминальным рецидивом;
  • недостатки в охране общественного порядка и безопасности граждан, в организации патрульно-постовой службы милиции, профилактической деятельности органов внутренних дел;
  • латентность и безнаказанность значительной части преступлений против личности;
  • • неполноту выявления лиц, страдающих психическими заболеваниями и аномалиями психики;
  • обстоятельства, способствовавшие формированию антиобщественных группировок молодежи;
  • небрежное хранение оружия; непринятие мер по пресечению незаконного оборота оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, ядов;
  • нереагирование окружающих на факты применения насилия, хулиганства, иного аморального и противоправного поведения;
  • недостатки в воспитательной работе по месту жительства и работы, в организации досуга, культурного обслуживания населения и т. д.

2. К криминогенным детерминантам изнасилований помимо указанных выше следует отнести:

  • эротизирующее и деморализующее воздействие микросреды;
  • недостатки деятельности органов образования, культуры, здравоохранения в нравственном и половом воспитании детей, подростков, молодежи;
  • распространение пьянства, наркомании и токсикомании в среде несовершеннолетних и молодежи и обусловленная этим криминогенность в сфере половых отношений;
  • растлевающее влияние пропаганды сексуальной свободы;
  • неосмотрительность и неуместную доверчивость части потерпевших, их легкомысленное или провоцирующее поведение;
  • детскую безнадзорность;
  • недостатки в деятельности правоохранительных органов и органов здравоохранения по выявлению лиц, обнаруживающих признаки сексуальной патологии, склонных к половым извращениям насильственного характера, и обеспечению мер лечения и надзора;
  • неполное и несвоевременное раскрытие преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности;
  • ошибки и упущения в борьбе с проституцией, сводничеством, прито-носодержательством, распространением порнографии.

3. К обстоятельствам, формирующим агрессивную насильственную направленность личности в подростковом возрасте, относятся:

  • обстановка в семье, формирующая склонность к разрешению возникающих конфликтов путем применения насилия;
  • деморализующее влияние ближайшего бытового окружения по месту жительства, работы, учебы;
  • жестокость по отношению к людям, животным;
  • групповые драки, избиения;
  • вовлечение подростков в пьянство, потребление наркотиков и других одурманивающих веществ.

Вопрос №61

Вопрос №62

Корыстная преступность – наиболее распространенный тип преступности. Объем корыстной преступности, характеризуется числом зарегистрированных преступлений; Уровень (интенсивность) зарегистрированной корыстной преступности, характеризуется коэффициентом, т.е.

числом совершенных преступлений данного рода; Структура зарегистрированной корыстной преступности достаточно точно отражает ее неоднородность, хотя с высокой степенью вероятности представляет собой “перевернутую картину” структуры всей совокупности деяний, содержащих признаки преступлений в сфере экономики, включая ее латентную часть;Динамика общего числа зарегистрированных корыстных преступлений наиболее корректно может быть оценена лишь за период с момента вступления в силу УК РФ. Тем не менее допустимы, на наш взгляд, оценки динамики соответствующего показателя объема сопоставимых видов корыстных преступлений и за более длительный период;Территориальное распределение (“география”) корыстной преступности по субъектам Российской Федерации (региональное распределение) отличается высоким уровнем неравномерности. Характеристика регионального распределения числа зарегистрированных корыстных преступлении малоценна, поскольку сравниваемые регионы существенно различаются по численности населения. Наибольшую сложность обычно представляет оценка общественной опасности корыстной преступности – основного качественного свойства последней. В практике уголовно-статистического анализа обычно используется прием косвенной оценки данного свойства по динамике показателя удельного веса тяжких преступлений среди всех зарегистрированных преступлений соответствующего рода.Характеристика корыстной преступности против собственности.Характеристика корыстной преступности в сфере экономической деятельности.Характеристика корыстных преступлений против интересов службы в коммерческих и иных организациях. Данный вид корыстной преступности относительно новый, поскольку ответственность за соответствующие виды преступлений до 1 января 1997 г. могла наступать как за должностные преступления.

Вопросы №63

Обстоятельства, оказывающие влияние на корыстную преступность, весьма многочисленны и разнообразны. Экономические причины и условия корыстной преступности:

1. Состояние экономического кризиса как основы непрерывной нестабильности всех основных потребностей населения, а также социальных ценностей. Для России второй половины 80-90-х годов характерно состояние циклического экономического кризиса.

2. Степень поляризации населения по уровню дохода. Чем дальше отстоят друг от друга “полюса” бедности и богатства, тем выше социальная напряженность.

3. Уровень абсолютной нищеты населения, определяемый на основе стоимости физиологически необходимого минимума имущественной обеспеченности.

4. Инфляция как процесс или результат обесценивания денег.

5. Безработица или состояние трудовой незанятости населения создает в нашей стране объективную основу массового получения средств к существованию незаконным, в том числе преступным, путем, поскольку уровень социальной защищенности безработных фактически соответствует границе абсолютной нищеты.

Политические факторы преступности в сфере экономики:

1. Общая политическая нестабильность.

2. Нестабильность уголовной политики борьбы с преступностью в сфере экономики, породившая в течение 1986-1998 гг. несколько “волн” новых приоритетов уголовно-правовой защиты в сфере экономики и новых “экономических врагов”.

3. Низкий уровень непосредственного участия населения в борьбе с преступлениями в сфере экономики.

4. Коррумпированность.

Правовые факторы преступности в сфере экономики:

1. Наличие многочисленных пробелов и противоречий в законодательстве.

2. Дефицитность официального толкования уголовно-правовых норм.

3. Технические недостатки уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за наиболее опасные виды преступлений в сфере экономики.

Социально-психологические факторы корыстной преступности:

1) самокультивирование потребительской системы социальных ценностей;

2) способность имущественных потребностей опережать в своем развитии создание экономических условий для их удовлетворения;

3) нравственная псевдооправданность любых способов равномерного распределения имущественных благ;

4) низкий уровень солидарности населения с уголовно-правовыми запретами.

Вопросы №64



Источник: https://infopedia.su/12x6bc5.html

Особенности личности насильственного преступника

Характеристика личности насильственного преступника

Социально-демографическая и правовая характеристика. Пол.

Подавляющее большинство лиц, совершающих насильственные преступления, — мужчины (90—93%). Для досугового поведения мужчин более характерно времяпрепровождение в случайных компаниях, зло­употребление алкоголем, часто создающее конфликтные ситуа­ции, поводы для драк.

Существуют и различия в мотивации насильственных пре­ступлений, совершаемых мужчинами и женщинами. У послед­них преобладают мотивы ревности, мести, зависти, стремления избавиться от потерпевшего и т. п. Многие насильственные преступления совершаются женщинами на почве ярко выра­женного виктимного поведения потерпевшего (аморального и противоправного поведения их супругов и сожителей).

В последние годы, однако, отмечается возрастание доли женщин при совершении таких «нетрадиционных» для них преступлений, как убийства из хулиганских или корыстных по­буждений, в ходе разбойных нападений и т. п., рост совершае­мых ими преступлений с особой жестокостью.

Возраст. Основной контингент насильственных преступни­ков составляют лица молодого и среднего возраста (до 40 лет).

Среди лиц, совершивших изнасилование, наибольшей кри­минальной активностью отличается возрастная группа 16— 17 лет. Высокая криминогенность в этом плане характерна и для возрастных групп 18—24 года и 25—29 лет.

Изнасилова­ние — ярко выраженное «подростково-молодежное» преступление. Это же относится и к хулиганству. В формировании и реа­лизации мотивов таких преступлений значительную роль иг­рают особенности психологии несовершеннолетних и лиц молодого возраста.

Но это влияние осуществляется в совокуп­ности с влиянием среды, условий жизни и воспитания.

Образование. Насилие свойственно чаще малообразованным, недостаточно развитым, некультурным людям. У них слабее критика собственного поведения, более узкий кругозор, при­митивнее и грубее потребности и интересы, они менее сдер­жанны в своих стремлениях и желаниях, среди них более рас­пространен культ грубой физической силы.

Социальный статус. Основную массу преступников из числа рабочих составляют лица относительно невысокой квалифика­ции и с небольшим стажем работы.

Речь, таким обра­зом, идет о принадлежности значительной их части к люмпени­зированным и полулюмпенизированным слоям населения.

В составе насильственных преступников значительна доля лиц, не занятых к моменту совершения пре­ступления общественно полезным трудом.

Рецидив. Серь­езную проблему представляет специальный реци­див. Если под ним понимать повторение не только тождест­венных, но и однородных криминальных актов, включая сопряженное с насилием хулиганство, то доля лиц, привлекав­шихся ранее к ответственности за подобные деяния, составляет среди рецидивистов, совершающих тяжкие насильственные преступления, примерно половину.

Высока доля рецидива в насильственных преступлениях, со­вершаемых из корыстных побуждений, что обусловлено склон­ностью рецидивистов к пьянству, разгулу, привычкой удовле­творять свои потребности за чужой счет.

Насильственные преступления, совершаемые рецидивиста­ми из хулиганских побуждений, во многих случаях следствие особой устойчивости агрессивной ориентации субъекта, опре­деленного антиобщественного стереотипа личности, проявляю­щегося вначале в совершении хулиганских действий, а затем и более тяжких преступлений. Для многих убийц-рецидивистов хулиганство — своеобразная «начальная школа».

Весьма часто насильственные криминальные деяния совер­шаются рецидивистами с целью облегчения или сокрытия пре­ступления, в связи с осуществлением потерпевшим своей слу­жебной деятельности или выполнением общественного долга, из мести, при сведении уголовных счетов и т. д.

Устойчивость антиобщественного поведения.

Психологическая и нравственная характеристика. Результаты эмпирических исследований (Ю. М. Антонян, М. И. Еникеев, Н. А. Ратинова, Е. Г. Самовичев и др.) дают основания утвер­ждать, что насильственных преступников прежде всего отлича­ет дефектность социальной идентификации..

Применительно к этой категории лиц речь, как правило, идет о плохой социальной адаптации, неудовлетворенности своим положением в обществе. У многих из них ярко выражена такая черта, как импульсивность. Она проявляется в сниженном самоконтроле своего поведения, необдуманных поступках, а иногда и эмоциональной незрелости — инфантилизме.

Для по­ведения этих лиц характерны крайний эгоцентризм, стремле­ние к немедленному удовлетворению спонтанно возникающих потребностей и желаний, примитивизм в межличностном об­щении, импульсивная агрессивность.

Деструктивные (разруши­тельные) побуждения у большинства из них беспрепятственно реализуются в их поведении, ибо эти субъекты не стремятся их сдерживать и контролировать, хотя способность к самоконтро­лю у них имеется. У таких лиц существенно деформирован или нарушен норма­тивный контроль.

Нравствен­ные и правовые нормы не оказывают на их поведение сущест­венного влияния. Сложившуюся ситуацию они оценивают не с позиций нравственно-правовых требований общества, а исходя из личных переживаний, обид, желаний.

Многим из них прису­щи черты аффективной ригидности (склонности к накоплению эмоциональных переживаний, фиксация на них, застреваемость, негибкость). Они характеризуются стойким нарушением социальной адаптации, крайней десоциализированностью. Наси­лие для них — единственное средство разрешения конфликтов.

Им свойственны также нарушения в сфере межличностного общения, неумение устанавливать контакты, встать на точку зрения других, чрезмерная поглощенность собой, погружен­ность в себя, замкнутость, отчужденность.

Это снижает воз­можности адекватной ориентации, продуцирует возникновение аффективных идей и установок на агрессивное поведение. Ок­ружающие люди и общество в целом воспринимаются этими лицами весьма враждебно («Все люди враги»).

Отсюда такие черты личности, как агрессивность и подозрительность, повы­шенная тревожность.

Для этой категории преступников характерно широкое ис­пользование средств психологической самозащиты, снятие своей социальной ответственности с помощью самооправдывающей мотивации — переложения вины на потерпевшего и внешние обстоятельства. Криминальному поведению, таким образом, придается положительный личностный смысл.

Исследование контингента убийц, лиц, причинивших тяж­кий вред здоровью, и хулиганов позволило выделить три основ­ных типа насильственных преступников по характеру их антиоб­щественной направленности.

К первому из них относятся преступники с четко и устойчи­во выраженной специфической (агрессивно-насильственной) антиобщественной направленностью. Речь идет о лицах, ориен­тированных на поведение, опасное для жизни, здоровья и дос­тоинства других граждан.

Для них характерны негативно-пре- небрежительное отношение к человеческой личности и ее важ­нейшим благам, убежденность в допустимости насильственных средств разрешения конфликтов. Преступное посягательство на жизнь и здоровье другого человека — для них звено в цепи по­стоянных и непрекращающихся актов агрессивного насильст­венного поведения в разных сферах жизни и в различных си­туациях.

Такой поведенческий стереотип — результат глубокой деформации их личности, специфический продукт эгоцентри­ческой жизненной направленности.

Среди них немало лиц, ранее неоднократно совершавших тяжкие насиль­ственные преступления, в том числе ранее судимых. Это «при­вычные» преступники.

Ко второму типу насильственных преступников следует от­нести лиц, характеризующихся в целом отрицательно, допус­кавших и ранее различные правонарушения, но направлен­ность которых на совершение посягательств против личности явно не выражена.

Совершение насильственного преступления выступает нередко в качестве средства достижения особо зна­чимых для них целей, способом завладения определенным «благом», во имя которого приносится в жертву ценность дру­гого человека (так называемая инструментальная агрессия).

Преступление может быть обусловлено также их нетрезвым со­стоянием (например, хулиганство). Образ жизни этих лиц находится на грани социально приемле­мого и антиобщественного. Для них характерна частичная кри­минальная зараженность.

Данный тип насильственного пре­ступника можно назвать «промежуточным».

К третьему типу следует отнести так называемых ситуацион­ных преступников — всех тех, которые до преступления харак­теризовались положительно либо нейтрально, а само насильст­венное посягательство совершили впервые под воздействием неблагоприятной внешней ситуации.

В их поведении отсутству­ют признаки, характерные для представителей двух предыду­щих типов. Они применяют насилие в качестве неадекватной реакции на ситуацию, которая воспринимается ими как остро­конфликтная.

Иногда их преступные действия обусловлены интенсивным психологическим воздействием неформальной группы, позицией солидарности со «своим» микроокружением («наших бьют!»).

Источниками эскалации конфликта в таких случаях зачастую выступают сами потерпевшие, их действия содержат прямую провокацию агрессии. Для большинства си­туационных преступников характерна сниженная эмоциональ­ная устойчивость.

Психопатологическая характеристика. Уже отмечался высо­кий удельный вес распространенности психических аномалий у насильст­венных преступников.

К ним относятся все расстройства психи­ческой деятельности, не достигшие психотического уровня и не исключающие вменяемости, но приводящие к личностным из­менениям, а отсюда — к отклоняющемуся поведению.

К ано­малиям такого рода следует отнести психопатии, олигофрению в степени дебильности, эпилепсию, шизофрению в состоянии ремиссии, остаточные явления черепно-мозговых травм, орга­нические заболевания головного мозга, сосудистые заболевания с психическими изменениями, хронический алкоголизм, нарко манию и другие психические расстройства. Многие из них представляют собой пограничные состояния психики, находя­щиеся на грани психического здоровья и болезни (это неврозы, психопатии, некоторые формы реактивных состояний и другие сравнительно легкие психические нарушения).

В целом лица с подобными отклонениями в психике отлича­ются эмоциональной неустойчивостью, повышенной аффек­тивной возбудимостью, раздражительностью, неуживчивостью, истеричностью, мстительностью, агрессивностью. Они склон­ны к бурным проявлениям аффектов в ответ на незначитель­ные порой поводы.

Названные аномалии снижают у них воле­вые процессы, повышают внушаемость, ослабляют действие контрольных механизмов психики и зачастую в сочетании с ал­когольным опьянением, усугубляющим эти эмоционально-во- левые нарушения, способствуют реализации импульсивных, не­продуманных противоправных агрессивных действий.

С их сто­роны возможны исключительно жестокие преступления.

Источник: https://studopedia.ru/8_99357_osobennosti-lichnosti-nasilstvennogo-prestupnika.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.